facebook
Поиск
Четверг 21 Сентября 2017
  • :
  • :

«Художественное опыление» — путь в будущее и утопия настоящего

«Художественное опыление» — путь в будущее и утопия настоящего

На международной художественной выставке-ярмарке «Свежая Краска 9» — одним из самых неожиданных, смелых и интересных обещает стать проект «Регулярные растения или художественное опыление» московского скульптора, лауреата премии Кандинского Романа Сакина.

Накануне выставки в Тель-Авиве Елена Шафран поговорила с художником.

— Роман! Название «художественное опыление» довольно странное. Откуда появился этот термин и какой смысл вы вкладываете в это понятие?

— «Художественное опыление» — это метафора, обозначающее некое воздействие, преображающее природу. Полностью мой проект называется «Регулярные растения или художественное опыление». Впервые он был показан в Science art-galery «Laboratoria» в Москве, и был задуман как реально осуществимый, но в итоге превратился в научно-фантастический. Увлекшись красотой форм пыльцы, мне хотелось при помощи ученых найти связь между формой пыльцы и формой растений. Родилась идея из области фантастики, что есть такая пыльца, которая превращает плод и растение в упорядоченную скульптуру, которую я назвал «регулярное растение». Мой проект — это модели и рисунки регулярных растений.

Тема регулярности живой природы оказалась очень привлекательной для меня, я не мог остановиться,  стал  придумывать все новые виды растений, и эта тема осталась в проекте главной.

— Какие же виды растений вы «вывели»? Они живые или это модели и образы?

— Мои растения состоят из геометрически правильных кубов, шаров, цилиндров и правильно растущих листьев. В регулярном парке выстриженные таким образом деревья и кусты называются топиар. Так вот мои «регулярные растения» — это топиар будущего, их не стригут, они растут правильно сами. Но моя идея регулярных растений противоположна идеи традиционного регулярного парка. Такие парки — принадлежность дворца. Все растения там  как солдаты одинаково подстрижены и одеты. А мои регулярные растения могут расти у каждого дома и они все разные, но правильные по своему устройству. На выставке вы увидите проекты будущих живых растений, макеты в натуральную величину, которые можно воспринимать и как скульптуры.

 

— Мы привыкли, что сегодня идеи, в том числе и художественные, имеют какой-то функциональный смысл. Ваш проект каким-то образом связан с экологией?

— Мой проект скорее не про экологию, а про упорядочение хаоса. Про способность видеть геометрию в живом. А геометрию в живом мире некоторые античные философы считали языком бога для общения с людьми или наоборот. И, кажется, у Витрувия есть история про философа, попавшего после кораблекрушения на остров. Он увидел геометрические фигуры, нарисованные на песке и сказал: «Здесь есть разумная жизнь, мы спасены».

Так вот, если экологичный — это минимально вмешивающийся в природу, то мой проект анти-экологичный. Я предлагаю максимально вмешиваться в природу, причем ради забавы. Хотя художественное растениеводство существует очень давно, и я не знаю, считается ли оно вредным для природы.

— Вы называете свой проект  утопией. Но под утопией мы подразумеваем некие социальные построения, которые никогда не будут воплощены в реальность. Почему вас волнует «утопия» в наше конкретное время?

— Утопия очень интересная для меня тема. Я последнее время работаю над трактатом об устройстве пространства и его восприятии человеком. Об этом была последняя инсталляция «точка вращения я». Одна из глав этого трактата будет посвящена социальному пространству.

Под утопией я подразумеваю идеальное с точки зрения автора устройство общества, не предполагающее реального воплощения. Я свои растения противопоставляю регулярному парку, а он является визуализацией абсолютизма. Его внешний вид и способ его содержания и ухода с огромным количеством человеческого труда ради одного человека. А мои регулярные растения — визуализация равенства, где каждый человек государство сам себе и его растение растет правильным само. Не знаю, как такое общество сможет существовать, но было бы интересно себя называть государством и иметь собственные законы, флаг и валюту.

 

— Вы оперируете понятиями «труд» и «рабский труд». В чем их разница?

— Вспоминается детский рассказ Толстого о людях, которые отправились искать драгоценные камни. Они много дней тяжело работали, а один человек сидел под деревом и ничего не делал, а когда они поехали домой, он зачерпнул горсть камней, которые валялись рядом, и эти камни оказались самыми лучшими, драгоценными. Рабским трудом я называю тяжелый, малорезультативный, бессмысленный или вынужденный труд. Если говорить о труде в контексте проекта, то очень важно, что регулярное растение растет само, оно получилось благодаря интеллектуальному труду, в отличие от топиаров —  продукта тяжелого физического и почти бессмысленного труда.

 

— Вы говорите, что «осуществление проекта затруднено в силу несовершенства современных технологий». Назовите эти невозможные условия, при которых проект мог бы осуществиться.

— Если бы существовала бы технология управления внешним видом растений, причем управления  тотального – такого,  чтобы растение могло получить любую форму и цвет вопреки своей природе, то проект осуществился бы. Хотя мне кажется, условно регулярное растение можно вырастить и сейчас, например квадратные арбузы и фигурные тыквы — настоящие регулярные растения, а патиссон вообще регулярен сам по себе.

— Власть человека над природой реальна или все-таки иллюзорна?

— Вы видели советский диафильм 1960-го года о 2017-м, который недавно ходил по интернету? Он как раз посвящен власти человека над природой. Там летающие станции управления погодой, плотины в океане, подземные курорты. Это почему-то выглядит пугающе и безумно, хотя управление погодой и подземные курорты с вечной весной звучит привлекательно. Меня скорее интересует власть человека над природой, которая выглядит, как демонстрация знания того, как все устроено и как работает, а не глобальная переделка природы. Это, так сказать, власть человека над двигателем внутреннего сгорания. Если знаешь, как все устроено можно им пользоваться и не сломать его.

 

— Для вас ландшафт — понятие философское, эстетическое, утилитарное?

— Для меня ландшафт это, конечно,  человек в пространстве. Я сейчас очень погружен в эту тему. В уже упоминаемом трактате о пространстве есть такая иллюстрация, две полусферы одна состоит из воды, другая из земли, на плоской поверхности каждой полусферы в центре лежит человек и надпись «лежа в поле или в море понимаешь, что находишься в центре шара» Меня интересует бескрайний ландшафт в нем становишься центром пространства.

 

— Вы известны своими кинетическими объектами и называете их «управляемой скульптурой». Расскажите подробнее об этом.

— Я делал объекты, которые назвал управляемая скульптура. Это скульптура, у которой есть пульт управления, при помощи которого можно менять форму скульптуры. И в них важно не движение само по себе, а смена статичных форм, поэтому это не совсем кинетические объекты. Некоторые из них я использовал как музыкальный инструмент, только вместо звука была форма. Например, к скульптуре «лес» была написана партитура, и я исполнял на этой скульптуре, во время выставки, произведение «лес». Некоторые скульптуры были монументальными, самая большая из них —  «сигнальная башня» — была установлена во дворике Третьяковки в 2015 году.

— Вам 40 лет и вас называю молодым художником. К какому вы сами поколению себя причисляете и чем оно отличается от предшествущих и последующих?

— Я как раз никогда не успевал по возрасту попасть в какие-нибудь молодые проекты. Например, дважды участвовал в премии Кандинского и по возрасту я попадал в номинацию «проект года», а не «молодой художник». По каким критериям определяется молодость художника? Не знаю, есть ли такой термин «художник среднего возраста» или «художник хоть куда, в полном расцвете сил», они мне больше подходят. Я причисляю себя к поколению своих приблизительных ровесников и, конечно, очень сложно увидеть черты целого своего поколения но, то, что особенно заметно, это уже отсутствие постсоветских переживаний.

 

— Вы учились в Москве. Расскажите о русской школе и как она со временем трансформировалась из советской. Чему учат сегодня в России?

— Во время моего обучения в Строгановке на отделении скульптура «русская школа» никак не трансформировалась. Это была всё та же советская школа даже с теми же уже сильно тогда пожилыми преподавателями. Я и сейчас могу сделать советский классический монумент, например солдата второй моровой войны, или рабочего, или Ленина. С одной стороны эти знания сильно пригодились, а с другой, такая изоляция от современного мира была большое зло. Сейчас,  надеюсь там произошли уже перемены. Чему сейчас учат в России другие я не знаю, но я сам увлекся преподаванием и читаю лекции в британской высшей школе дизайна в Москве по собственной теории о форме и пространстве.

Сайт Романа Сакина — http://romansakin.com/

Информация для посетителей:

Организаторы ярмарки «Свежая краска»: Ифат Гурион и Шарон Телингер в сотрудничестве с продюсерской фирмой FaZa.

31 марта в 13:30 и 1 апреля в 17:00 на выставке пройдут экскурсии на русском языке.
Подробности и заказ билетов на выставку и экскурсии – здесь http://www.freshpaint.co.il/en/art-fair/ru

Страница выставки в фейсбуке — https://www.facebook.com/freshpaint

Сайт выставки — www.freshpaint.co.il

Все иллюстрации предоставлены пресс-службой ярмарки «Свежая краска»




comments