facebook
Поиск
Понедельник 20 Ноября 2017
  • :
  • :

Сергей Трофимов: « Каждый день – маленькая жизнь!»

Сергей Трофимов: « Каждый день – маленькая жизнь!»

Когда-то его знали как Трофима, но уже несколько лет Сергей Трофимов –  известный композитор, поэт, исполнитель – выступает без псевдонима. «Изменилось время», – поясняет музыкант. За годы творчества Трофимов выпустил более 20 альбомов, среди которых особое место занимает «Аристократия помойки». Первая часть этого песенного сборника вышла  в свет в 1995 году – ровно двадцать лет назад! И эта солидная дата стала прекрасным поводом для создания новой концертной программы, приуроченной к юбилею. Назвал ее Сергей – «Посередине», а выступить с ней впервые решил не где-нибудь, а в Израиле! Премьера состоится нынешним летом. Единственный концерт Сергей Трофимов даст 20 июня в Тель-Авиве!

Секрет успеха  музыканта – в умении донести до людей свои чувства и заставить  их радоваться и сопереживать автору. Ему действительно есть чем поделиться с теми, кто приходит на его концерты. Причем, с разными людьми говорить он может по-разному, – то задумчиво рассуждает о вере и любви, то отвечает шутками.

– Сергей, однажды на вопрос журналистки «Где вы остановились?» вы ответили: живу в палатке в Ботаническом саду. И с таким серьёзным лицом, что она поверила и написала об этом в новостной ленте интернета.

– (Смеётся.) Да, да, помню. Ну, а что мне оставалось делать? Какой вопрос, такой и ответ. Может, надо было назвать отель и номер?

– Тогда вы попросили организаторов поселить вас в гостиницу, где есть тренажёрный зал. Всегда озвучиваете такое пожелание на гастролях?

– Почти всегда. В Москве я хожу в фитнес-клуб и дома занимаюсь. Это держит в тонусе. А на гастролях, чтобы не раскисать, не терять форму, с утра обязательно посещаю тренажёрный зал.

– Жена вместе с вами занимается спортом? Говорят, будто бы вы познакомились с ней  на каком-то марафоне, вместе участвовали в забеге.

– (Смеётся.) Ну, это шутка. На самом деле мы познакомились на моём концерте, куда её привёл наш общий друг – музыкант. Поздоровались за кулисами. А когда я увидел её на втором своём концерте, пригласил в ресторан. Уже тогда за ужином мы поняли, что всё это не просто так. Я был женат, но у нас дело шло к разводу. Где-то на третьей встрече с Настей я сказал ей, что у нас родится сын и его будут звать Ванечка. Так и получилось. Первым родился Иван, а уже потом – Лизонька. А насчёт спорта… Настя ведь долго танцевала на эстраде, она спортивная и стройная девушка. И сейчас занимается танцами и дома на тренажёрах.

– Вы посвящаете ей песни?

– Практически все песни написаны для неё и о ней. Я бы назвал её сегодняшнюю работу «муза мужа». Когда мы ждали второго ребенка- дочку Лизу, Настя должна была лечь в больницу на обследование. Я очень переживал, скучал по ней  и чувствовал себя одиноким. Так родилась песня «Не покидай меня». На концертах, даже если знаю, что Насти нет в зале, всё равно пою для неё. И продолжаю скучать.

– А Настю можно назвать цензором вашего творчества?

– Она – мой первый слушатель. Если замысел ей непонятен и песня не вдохновила, я понимаю, что недоработал. Это, правда, не значит, что я не буду её исполнять. Творческий путь – всегда монолог. И главный цензор моего творчества – я сам. Есть у меня такая установка: каждая новая песня для меня – ничто. Но если через месяц-полтора я смогу убедить себя в обратном, то оставляю её в репертуаре. А если нет – больше её не пою. Или кладу в стол, если понимаю, что время этой песни ещё не пришло. Ведь творческий человек, я уверен, отображает реальность через себя. Если артист талантлив, то результат его работы интересен всему миру. Жаль, что у нас на сцене я часто вижу людей, которые пытаются выразить свой внутренний мир, но он довольно беден. Человек показывает себя, а ты думаешь: о чём он спел, зачем? Сегодня искусство многих наших эстрадных артистов заключается в том, чтобы выжать слёзы на сцене при помощи ветродуя. А может быть, у них просто нет такого камертона, как моя Настя. Она помогает мне даже в выборе сценической одежды.

– Интересно, а вы часто делаете друг другу подарки?

– В нашей семье это традиция, причём подарки самые неожиданные. Помню, как на четырёхлетие нашей свадьбы Ванька преподнёс наши портреты, нарисованные собственноручно. Похоже получилось! Мы вставили рисунки в рамку и повесили в спальне. А ещё вспомнил, как в мой день рождения Настя подарила мне штангу с изогнутым грифом! Накануне я как-то мимоходом упомянул, что хотел бы такую найти. Она запомнила название и заказала с доставкой. Утром зазывает меня в наш домашний тренажёрный зал, а там такая красота! А как-то я решил жену разыграть. Перед её днём рождения как бы случайно обронил: «Подарю-ка я тебе леопарда. Готовься». Она засмеялась, не поверила. Но каждый день я продолжал: «Вот там поставим вольер для зверя. А здесь он будет гулять по нашему дачному участку». И Настя уже поверила, даже рукой махнула: «Ну, пусть у нас живёт леопард». Утром в свой день рождения она обнаружила новенький «Лексус» с аэрографией леопарда сбоку! (Смеётся.) Ещё люблю дарить жене духи. Выбираю нежные, лёгкие, которые не перебивают запах любимой женщины – лучший в моей жизни аромат. Признаюсь: я тонкий нюхач. Память на запахи у меня фантастическая. Я, например, помню запах своего детства – запах только что открытой банки помидоров в собственном соку. Такие попадали к нам домой в новогодних заказах. Вспоминается запах свеженаклеенных бумажных обоев.

– Кстати, о вашем детстве. Увлечение музыкой – оттуда?

– Ещё с детского сада. Мне было лет пять, когда пришли люди нас прослушивать, я что-то напел, и меня отобрали в хоровую капеллу при институте имени Гнесиных. А когда мне было лет семь, мы пели в опере «Кармен» в музыкальном театре Станиславского и Немировича-Данченко. И за каждый спектакль наши родители получали деньги. Вообще мне всегда нравилась музыка. Нравилось играть на фортепьяно, заниматься вокалом. А уж когда стал выступать в школьном ансамбле!.. Он назывался «Зеница ока». (Смеётся.) Мы выступали не только в своей школе, но и в школах всего района. В основном перепевали разные западные группы: «Эй-Си Ди-Си», «Роллинг Стоунз», «Битлз». Но пели и на русском языке, например, песни Юрия Антонова. А в девятом классе я начал писать песни сам. Потом учился в Московском государственном институте культуры и год был слушателем Консерватории.

– Прежде чем зрители узнали вас как исполнителя, вы писали песни и для популярных артистов…

– Да, написал целый сольный альбом для Светы Владимирской.  И вообще все песни, кроме одной, которые вошли в альбом солиста группы «Рондо» Александра Иванова – «Грешной души печаль». Это и «Я постелю тебе под ноги небо», и «Боже, какой пустяк», «Ночь» и другие. Но однажды продюсер предложил выпустить отдельным альбомом те песни, которые я писал для себя и исполнял для друзей на кухне. Так в 1995 году появилась «Аристократия помойки – 1», потом «Аристократия помойки – 2», потом ещё две части. Эти четыре альбома неожиданно для меня стали пользоваться популярностью. Письма с добрыми отзывами мне присылали даже русские эмигранты из Парижа. Так Трофим был причислен к русскому шансону.

– Почему «Трофим»? Причём позднее вы отказались от этого псевдонима и стали выступать как Сергей Трофимов.

– Любой человек – как камертон, в меру своего понимания он должен отражать время, в котором существует. В середине девяностых у нас наступил такой период, что без «Трофима» нельзя было обойтись. В России тогда творилось что-то невообразимое. Отношение ко всему было ироничным. Так и появился проект «Трофим» со всей его балаганностью и народностью. Трофим был человеком из народа, который реагировал на то, что происходило, понимая, что поделать с этим ничего нельзя. Затем «Трофим» как проект закончил своё существование. Изменились и время, и моё отношение ко всему происходящему.

– А как к вам приходит песня?

– Тут однозначно не ответишь. Бывает, с ходу, на одном дыхании, а порой и несколько месяцев на это уходит. Большинство песен на военную тематику написано «по живому», по впечатлениям, воспоминаниям. Я несколько раз был с концертами в Чечне. «Блюз-спецназ» был написан после того, как бригада, куда я приехал, попала в передрягу и нам пришлось отступать под натиском боевиков. Песню «Аты-баты» написал о профессиональном кадровом военном, который от мизерной зарплаты мог бы давным-давно уйти в охранники, а он продолжал служить Родине. Какие-то песни приходят к тебе после услышанных рассказов от разных людей. Ситуацию как бы примеряешь на себя, и приходят стихи и мелодия.

– Какое-то время вы пели и служили в церкви. Как к этому пришли?

– Это происходило в начале 1990-х. Вспомните то время! Бандитствовать не хотелось, воровать тоже. Искусство было никому не нужно. И я в этом времени как-то потерялся. Крестился, захотел стать ближе к России, её традициям. Был в четырёх московских храмах: сначала певчим, потом регентом, подьячим. Но через два года понял, что пение в храме – не моё.

– Как-то вы признались, что много в жизни «накуролесили», особенно из-за алкоголя. Что помогло избавиться от этой болезни? Знаю, что уже много лет не употребляете ни капли.

– Когда пил, казалось, что алкоголь должен помочь найти себя. Но я терял себя всё больше и больше, и пустота внутри только увеличивалась. Когда же осознал, что уцелел только потому, что все эти годы Б-г меня хранил, то дал обет. Знаете, я так рад, что встретил Настюху уже после этого. Думаю, она бы просто не полюбила меня того, каким я был…

– Однажды в Италии, где любите отдыхать с семьёй, вы перевернулись на скутере. Оказались в больнице. А вообще часто попадали в экстремальные ситуации?

– Да чего только не было! В таких переделках побывал – можно сказать, между жизнью и смертью. В двенадцать лет свалился с дерева и сломал обе руки. Врачи со мной года три возились, чтобы всё восстановить. И позже всякий раз я чудом выживал.

 – Как бы вы могли бы описать своё сегодняшнее состояние?

– Наверное, это можно назвать мудростью. Не так давно я понял, что нельзя быть требовательным к людям. Если помнить, что когда-нибудь умрёшь сам, а также все твои близкие, – есть смысл быть к ним добрее. Я научился жить так, чтобы ни о чём не жалеть. Человек ведь такое существо: просыпается утром – и уже в депрессии. А надо радоваться тому, что проснулся, что наступил новый день, ведь каждый день – маленькая жизнь. Я понял это и теперь принимаю свою жизнь такой, какая она есть, и другой не хочу.

Единственный концерт  Сергея Трофимова пройдет в Тель-Авиве 20 июня. В программу «Посередине»  войдут песни, которые давно уже стали народными  хитами: «С добрым утром, мужики», «Горько», «Снегири», «Город Сочи»,  «Ветер в голове»,  «Я скучаю по тебе», а также премьерные композиции, которые израильские поклонники творчества Трофимова услышат первыми!

Дополнительная информация и заказ билетов: http://bit.ly/1EPKSIr

 

Олег ПЕРАНОВ



comments