facebook
Поиск
Воскресенье 20 Августа 2017
  • :
  • :

Орит Акта – живопись без оков

Орит Акта – живопись без оков

«Человек рождается свободным, а между тем он везде в оковах» Жан- Жак Руссо

«In Vincoli» — «В оковах»

«In Vincoli» — «В оковах» — так названа первая персональная музейная выставка израильской художницы Орит Акта-Хильдесхайм, ставшей в прошлом году лауреатом премии имени Хаима Шиффа за достижения в области реалистической живописи («За реалистическое искусство в традициях фотореализма и гиперреализма»). Лауреатам полагается стипендия и выставка в Тель-Авивском музее. Премия учреждена в 2008 году, премиальный фонд рассчитан на 10 лет, часть картин художников-лауреатов остается в музее. Когда-нибудь в обозримом будущем будет организован показ всех работ, а пока что выставка «In Vincoli» демонстрируется до 22 сентября в одном из нижних залов музея.

Работы Орит Акта

Работы Орит Акта  настолько камерные, личные, интимные и чувственные, что неудивительно, что их показывают в стороне от шумного парадного входа, отделив от яркого света и светского общения. Эти работы забирают внимание зрителей без остатка, в них звучит тихая приглушенная музыка, неторопливый рассказ, написанный прозрачными пластами цвета сепии. Но только на первый взгляд. Постойте минуту перед этими работами — и вы увидите все цвета, все истории, всю жизнь, просвечивающую сквозь слои краски и слои тканей  на картинах, где  изображены   сны Орит Акта, ее поэзия и эстетика, всплывающие из-под монохромности.

Картины на выставке «In Vincoli»

Картины на выставке «In Vincoli» – повесть о жизни, о том, что было и что будет, о преодоленных обстоятельствах и непреодоленных страхах, о мечтах и о детях, о женщинах, свадьбе, замужестве, счастье и бедах. О всех слоях жизни. Орит Акта так и создает эти работы – год за годом, слой за слоем. Каждую картину она рисует от полугода до полутора лет. Идея, модель, фотография, рисунок, нижний темный слой и поверх него сотни тончайших слоев почти белых, прозрачных, кропотливо прорисованных, с мелкими деталями, крошечными цветовыми пятнами.  Сизифов труд, полосы света и темноты – как и сама жизнь Орит Акта, пересказанная на этих полотнах: детство, юность, зрелость, замужество, неурядицы, обиды, дети, развод, снова замужество – счастливое. Из темных глубин выступает прозрачный светлый образ, рисунок, изысканные кружева цвета слоновой кости. Орит не смотрит прямо на зрителей. Ее истина – в темноте.

Орит  закрыта внутри своих картин, внутри себя. «Если бы не живопись, в которую я всегда убегала, в которой скрывалась, то не знаю, как бы всё преодолела» — говорит Орит Акта. «Я была замкнутым ребенком, но всегда рисовала, что-то делала руками: шила, вязала, вышивала. В юности учила дизайн одежды, моделировала. И свое свадебное платье, отражение которого присутствует на многих картинах этой выставки, придумала сама, собрав его буквально по кусочкам: кружева, вышивки, прошва, украшения. А жизнь потом все это изорвала, измяла. Только живопись позволила мне вновь собрать всё вместе и собрать из кусочков саму себя».

Картины выставки «In Vincoli «– это и есть рассказ о погружении в глубины и спасении из них. Орит конструировала и шила одежду, мыла лестницы, преподавала детям – все ради того, чтобы у нее были деньги на холсты и краски. В конце 1990-х начала брать частные уроки техники реалистичной живописи и теории света у художника Меира Натифа. Полное погружение в живопись — это сказано точно про нее, про одержимую самоучку. Спасение через искусство – тоже про нее. Все эти годы она была уверена, что у нее состоится выставка в Тель-Авивском музее. Пару лет назад случайно увидела в одном из блогов объявление о приеме картин фондом Шиффа. Отослала фотографии своих работ, прошла отбор и получила первое место. Так просто… И так сложно.

Уверенность стала осязаемой реальностью. На выставке посетители в полной тишине внимают рисованной повести без слов. Недаром ни одна из картин не подписана. Изображенное говорит само за себя. Подписи ограничили бы восприятие, участие в личной драме. Картины Орит Акта – не иллюстрация проблем, а поиски выхода в лабиринте из прозрачных тканей, легких занавесей, мелькающих между ними теней детских фигур с завязанными глазами, словно играющих в прятки со светом; просвечивающих платьев, кружевного белья. И неожиданно: обречённое на падение обручальное кольцо, раскачивающее на веревке как маятник; подросток, оттягивающий книзу эту веревку-пуповину; силуэты девочек, скрутившихся в ящиках, словно в утробе. Можно ли сломать стенки этих ящиков и выбраться из них?

Орит никогда не рисует саму себя. Для этого она чересчур скрытна. Автопортретов на выставке нет. Но, вместе с тем, все ее картины – это она сама. В них – масса информации и наблюдений. Модели – это ее дети. Образы помещены в ситуации, пережитые ей самой — отстраненный взгляд на саму себя, вырывающуюся из оков. Движение на ее работах – скольжение тканей, попытка выбраться из ограниченного пространства.  «Мои картины – это мое прошлое, моя жизнь, чувства и переживания, попытка разобраться в себе. Мои картины выражают боль и отчаяние моей жизни.  На первый взгляд — это реалистичная живопись. Так оно и есть – но это только стиль моей тайны. Эти кружева и эти образы — не я. Моя цель – не достичь еще большего уровня реализма, а очистить себя через диалог с рисунком. Каждая законченная «ушедшая» работа – это шаг вперед. На этой выставке представлены работы последних 11 лет – годы, за которые я ушла вперед. Хотя каждая картина – это ответы и тут же новые вопросы «.

«В оковах» — абсолютно женская выставка

«В оковах» — абсолютно женская выставка скрытой силы, понятная женщинам с первой минуты. Поймут ли мужчины, какая поэзия и эстетика спрятаны за прозрачными слоями тонких рисованных тканей? Почему кропотливо связанное воздушное кружево долговечнее счастья? Что значит эта коллекция женских символов и знаков, аллегорий-ловушек? Вряд ли.

Хаим Шифф

Хаим Шифф занимался гостиничным бизнесом, был большим ценителем живописи и посвящал много времени поддержке молодых талантов. Он собрал крупную коллекцию фигуративной живописи, образного реализма, пейзажей, портретов и натюрмортов. Хаим Шифф – уроженец Галиции – был активистом ЭЦЕЛь, и потому его фонд также вручает призы Института им. Жаботинского за лучшие работы по истории ревизионистского движения сионизма. Фонд Шиффа также поддерживает «Cеминар живописи и графики» в Иерусалиме, основанный художником Исраэлем Хершбергом. В прошлом году на соискание премии имени Хаима Шиффа представили свои кандидатуры 60 художников. По единогласному решению дирекции фонда Шиффа в составе Дуби Шиффа (сына учредителя премии), коллекционеров Дорона Сабага и Гиля Брандиса, кураторов Варды Штейнлауф и Дорона Лурье, Орит Акта была признана лучшей

Сайт Тель-Авивского музея искусств: http://www.tamuseum.com

Выставка «В оковах» Орит Акта-Хильдесхайм продлится до 22 сентября 2012 года.

Маша Хинич

 




comments